Внезапно нам предложили мечту нашей жизни – кошку-сфинкса.

— Ну, вот и приехали, — сказал сын и сел. И мы сели. Прихожая, она же зал, она же кухня. Разуться, пройти по прохладному полу. Плетеный стол, плетеные стулья. Надо передохнуть.

— Мяу, — раздалось у наших ног. Мы вздрогнули, а потом засмеялись.

— Скромная какая, — удивился муж. – Просто информировала нас, что она все еще здесь!

Он наклонился к переноске и выпустил нашу новую питомицу.

 

Внезапно нам предложили мечту нашей жизни – кошку-сфинкса.

И мы, особо не разбираясь, попрыгали в машину и помчались за ней в соседний городок. Хозяева со дня на день уезжали в другую страну, забирали с собой нескольких собак, а кошку решили оставить. Кошке срочно требовался новый дом. Наш дом.

Нам вывели тяжело ступавшее, тяжело дышащее создание со следами собачьих укусов на лапке. Хозяйка всхлипнула на прощанье. Зверюшку посадили в переноску, она не сопротивлялась. Как везти? День жаркий, и давно держится зной, пальмы стоят желтые и сухие и трещат на ветру. Кондиционер? Замерзнет, это же сфинкс. Приоткрыли окна. Кошечка сидела тихо-тихо.

— Мама, ей жалко уезжать, да?

Кошка оказалась не простая, а героическая. Однажды осенью друзья хозяйки шли по какому-то российскому дачному массиву и увидели маленького розового котенка без единой шерстинки, дрожащего на ветру. Они попытались взять его на руки, но кошечка отчаянно замяукала и помчалась прочь. Люди пошли за ней, и малышка привела их к заколоченному старому дачному дому, откуда раздавались отчаянные крики котят. Люди решили, что бедолажек надо спасать, выломали дверь и обнаружили множество розовеньких голеньких детенышей-сфинксенят. Котята затихли только за пазухой у своих спасителей. Никто, к счастью, даже не успел заболеть, и все малыши, оказавшиеся замечательными донскими сфинксами, быстро обрели хозяев – благодаря героической сестренке, которая чудом смогла выбраться из их темницы и позвать на помощь.

И вот наша героиня, пяти лет от роду, оказалась в новых руках. Возможно, хозяева побоялись, что бесшерстный зверек не выдержит долгого перелета. Теперь она – наша.

Сын попытался взять ее на руки. Кошка отбивалась что есть сил и выскользнула на пол. Но на плиточном полу ей было холодно, несмотря на тридцатиградусную жару, она вскочила на диван и улеглась там поудобнее.

— Не торопи её, сынок, — шепнула я. – Она только что рассталась с теми, с кем была пять лет. Ей придется долго, долго привыкать.

Питомица встала, будто что-то вспомнив, и начала обход дома. Что-то понюхала, потрогала лапой. Дернула хвостом у щели, в которую недавно убежал геккон («Смотри, мышкует! Или как про геккона сказать?» — обрадовался сын.) Осмотрела свою миску, быстренько вытащенную нами из сумки и щедро наполненную привычным кормом, обмакнула нос в блюдце с водой. И грациозно отправилась по лестнице, ведущей вверх, в спальни. В родительской спальне она не нашла для себя ничего интересного и проследовала в комнату сына. По краям его кровати были в ряд уложены мягкие игрушки, много-много. Кошка обошла по кровати дважды вдоль этого парадного построения игрушек и вдруг, недовольно ворча, стала растаскивать в стороны две из них. Мы удивленно наблюдали. Раздвинув игрушки, она улеглась между ними и свернулась.

— Она решила, что она тоже игрушка? – ахнул сын.

— Да, и сердится на нас, что ей не оставили места, — засмеялись мы.

Кошка, полежав на кровати, пошла на новый променад, на этот раз по полкам шкафа, неизменно надолго оставаясь на полках с игрушками.

— Надо сфотографировать, — решила я и, достав телефон, навела его для начала на кровать. Кошка тут же подбежала ко мне, заскочила на одеяло, грузно плюхнулась на спину и начала мурлыкать и принимать различные потешные позы. Напозировавшись вдоволь под наше изумленное молчание, она продолжила прогулку, но стоило вновь достать телефон – история повторялась: зверюшка подбегала и начинала всячески себя показывать. Нам оставалось только дивиться такой осведомленности современных домашних животных.

Пришло время спать. Мы ушли к себе в спальню, сын тоже лег …то есть это мы думали, что он лег, пока через час не пришлось отбирать у него ноутбук, припрятанный под одеялом. Питомица тихо посапывала между плюшевым тюленем и меховым ленивцем, и препираться пришлось шепотом. Однако вскоре все мирно спали. Я тоже заснула, думая о том, каково кошечке впервые быть в чужом доме, полном чужих запахов, вещей и людей…

— Мяу! – вдруг раздалось у меня под ухом.

— Что ты, зайка? – во сне пробормотала я и потянулась погладить. Однако кошка не давалась. Она спрыгнула на пол и требовательно повторила свое «мяу».

— Зайка, иди сюда, — я похлопала рукой по кровати и попыталась снова заснуть.

Тогда кошка заскочила на кровать.

— Что она делает? – спросил в полусне муж.

— Она…она бодает мне ноги, — оторопело произнесла я.

На этих словах кошка взяла разбег и столкнула мои ноги на пол! Я машинально встала.

— Что ты хочешь? Пить, есть?

Кошка добежала до двери детской, потом вернулась ко мне, потом направилась обратно.

— Что-то случилось ? – сон как рукой сняло, и я в три прыжка была около детской кровати. Сын разметался во сне. Потрогала лоб – в порядке. Дышит – спокойно. Зверюшка, ну ты чего?

Кошка заскочила к нему в ноги и ткнулась носом в одеяло.

— Ну одеяло, ну и что? – спросила я. Как будто кошки каждый день водят меня по квартире и указывают на разные предметы.

Кошка мяукнула полушепотом. Наверное, это был вздох, каким мы реагируем на чью-то непроходимую глупость. Она переступила через сына, выразительно потрогала одеяло лапой, а потом той же лапой и зубами начала тащить одеяло на себя, пытаясь закрыть ребенка!

— Ах вот оно что, — наконец-то поняла я. Протянула руку, накрыла сына. Я-то понимаю, что через минуту он снова раскроется. А зверюшке, несмотря на то, что духоту нарушает только легкий теплый ветерок из окна, — холодно. И она хочет спасти от холода хозяйского котенка, такого же бесшерстного, как она сама, как ее братишки и сестрички. И никак не поймет, почему мамаша у этого котенка такая странная и никак не протянет передние лапы, чтобы поправить одеяло.

Впереди нас с нашей героической питомицей ждало еще много приключений. А пока я возвращалась в кровать, и в голове вращались строки из «Кошкиного дома», одной из первых книжек, прочитанных мной в жизни. А строки были такие:

— Кто знает, как мокра вода, как страшен холод лютый –

Тот не оставит никогда прохожих без приюта.

Источник

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓